Грихастхи и грихамедхи

Опубликовано 4 июня 2024 | Источник

Для вечного живого существа семейная жизнь в царстве майи является тюрьмой. В тюрьме узников заковывают в кандалы и сажают за решётку. Точно так же обусловленная душа закована в кандалы своей привязанности к чарам женской красоты, к объятиям, к любовным беседам в уединённом месте и к милому лепету своих малышей. Околдованное этим, живое существо забывает о своей истинной сущности.

Употреблённые в данном стихе слова стрӣн̣а̄м асатӣна̄м указывают на то, что женская любовь предназначена только для того, чтобы возбуждать ум мужчины. На самом деле в материальном мире нет любви. Сходясь, и мужчина, и женщина думают только о том, чтобы удовлетворить собственные чувства. Чтобы испытывать чувственные наслаждения, женщина создает иллюзию любви, и, попадая в ловушку этой мнимой любви, мужчина забывает о своем истинном долге. Когда в результате их союза на свет появляются дети, он привязывается к их лепету. Любовь к женщине и детские голоса, звенящие в доме, превращают мужчину в вечного узника, лишая его возможности покинуть дом. В ведических писаниях такого человека называют грихамедхи, что значит «тот, чьи интересы сосредоточены на своём доме». Грихастха — это человек, который живёт с семьёй, женой и детьми, но истинной целью его жизни является сознание Кришны. Поэтому Веды призывают людей быть грихастхами, а не грихамедхи. Грихастха стремится вырваться на волю из сотворённой иллюзией тюрьмы семейной жизни и, вернувшись к Кришне, обрести свою настоящую семью, тогда как грихамедхи жизнь за жизнью заковывает себя в кандалы семейных привязанностей и навеки остается в темнице майи.

Из комментария Шрилы Прабхупады к «Шримад-Бхагаватам», 3.30.8